Олекса Юр: open diary

Вчора постановою Кабміна багатостраждальному Межигір'ю надано статус заповідника. І тепер головний монах країни може пакувати манатки. По швидкості цього процесу побачимо, наскільки Віктор Федорович побожний (хе-хе ) і православний (як може так юродствувати людина, котра топчеться по святих могилах Палія, Самуся та інших лицарів мого народу?).

Сподіваюся, що рано чи пізно Межигірський Спас, "козацька лавра", воскресне з небуття. І на заваді цьому не стане жодне тимчасове явище, яке має нахабність вважати себе тут господарем.

Звісно, добровільно ніхто не піде. Але ж сам факт мешкання у заповіднику вже є кумедним. І для репутації не плюс. А ще, якщо нашим південно-східним православним братам і сестрам нарешті впаде із очей полуда…

P.S.: Чудова стаття Михайла Кальницького на УП.

… Будучи на короткое время в Киеве, я слышал, что через несколько недель Межигорье будет продаваться с публичного торга… Скорбная мысль не покидает меня и в моем хуторском уединении: что, если Межигорье достанетея в руки какого-нибудь предприимчивого жида!… Оскорбительно было бы для нас – его обладание тем дорогим для здешнего края местом, куда являлись некогда на молитвенные подвиги и пострижение такие люди, как патриарх Иоаким Савелов, митрополит Тимофей Щербацкий, епископ Иоасаф Горленко и многие другие; тем заветным местом, которое, в тяжкие времена Киевской Руси, посещал благодетельный для нее иерусалимский патриарх Феофан и подтвердил тут ставропигию, и в беседе с Межигорской братией рассказывал об огне, сходящем перед Светлым Воскресением на гроб Господний…

Но, нет! Межигорью не следует перейти не то, чтобы в жидовские руки, но и в частную собственность всякого торгаша и промышленника; и мне сдается, что до того не допустят ни Печерская Лавра, ни другие монастыри киевские, со своим архипастырем; что они, общими силами, при содействии благотворительных мирян, возмогли бы оплатить Межигорье и открыть его по-прежнему для общежительства братского; что новособранная здесь братия весьма могла бы продолжать с успехом и выработку фаянсовой посуды, подобно тому, как в Оптиной пустыни, среди подвигов благочестия и трудов книжных, работают и над деревом, и над глиной. Тогда ожила бы и в народе прежняя любовь к Межигорью и оно послужило бы для него благотворной и, можно сказать, необходимой в настоящее время школой благочестия и трудолюбия.

- це цитата з праці Михайла Максимовича (1864 року!), яку він наводить.